Южно-Сахалинский местный общественный фонд
«Дикая природа Сахалина»

Главная

На этом острове когда-то жили люди - 2

Или - город Южный.
Примечание:
Любое совпадение с реальностью является закономерным.
Все неназванные имена являются реальными.
Все названные имена оценены неверно и субъективно.
Все описываемые события описаны сугубо субъективно.
Любые комментарии и попытки оспорить прочитанное
окажутся напрасными.
По приезду старые друзья стали показывать мне город. Наш Южный. В котором жил и я когда-то.
Сразу бросилось в глаза, что нынешний Южный разросся до размеров Острова. Или Остров сжался до размеров Южного. Изменения произошли не территориальные. Вся жизнь Острова сосредоточилась в Южном, а когда-то абсолютно отдельные и конкурировавшие с ним Анива-Долинск-Корсаков-Невельск-Холмск воспринимаются как пригороды Южного или вовсе как составные части возникающего мегаполиса. Более того - в этот список можно включать и остальные островные города с Охи начиная.
Самих же Южных оказалось несколько.
1.
Один - состоял из мелких и крупных частных фирм, офисов, магазинов, которые принадлежали так или иначе знакомым мне по "нашему Южному" людям.
Вплотную и в то же время несколько параллельно к ним мне показывались разные государственные, негосударственные, или вовсе иностранные конторы - и перечислялись должностные лица с знакомыми и незнакомыми именами, засевшие в этих конторах. С придыханием назывались их легальные и реальные доходы. И демонстрировались дома, где живут эти люди. Для демонстрации некоторых домов приходилось покидать городскую черту.
В целом же - этот Южный процветал. Вот только к реальному Сахалину он не имел практически никакого отношения. Разве что - географическое.
Чтобы в нем жить и работать, нужно было попасть в него либо через Москву, поскольку всем в нем реально управляют оттуда, либо выиграть "в лотерею" в иностранных компаниях - сдав туда свое резюме и ожидая результата. Чаще - безрезультатно. Впрочем, попасть в них можно тоже и "через Москву". И "через местные связи".
Но с этого места разговор стал каким-то весьма туманным…
Да кстати, и город-то объехали мы уже весь. Немногим он больше "нашего Южного". Немногим. И производит впечатление весьма странное: как если бы в гнилую челюсть, не удосужившись не то что вылечить ее, но даже толком отбелить гнилые зубы - вдруг какой-то спятивший дантист вкривь и вкось навставлял элитных металлокерамических, а то и вовсе платиново-брильянтовых каких-то, безумно дорогих, зубных протезов.
Впрочем, некие потуги в смысле попыток косметического ремонта этой челюсти все же прослеживаются. Появились новые скверы, разноцветные тротуары местами заставляют вспомнить то ли Западную Европу, то ли совсем уж Дальний Восток.
Хотя немалочисленные попытки создать "уголки а-ля Япония" чаще и скорее вызывают сомнение в адекватности их создателей, нежели чувство причастности к великой многовековой культуре ближнего соседа. Впрочем, их качество и количество может быть вполне обусловлено возможностями, открывающимися при составлении сметы на их создание. Тогда все вполне адекватно. И великая японская культура - лишь повод.
Кстати - о культуре. Или об искусстве. С советских времен у нас как-то все продолжается разделение этих понятий - "деятели культуры и искусства". Отсюда, видимо, следует, что те, кто занимаются "культурой" - к "искусству" отношения нее имеют. Равно как и наоборот.
2.
Второй "Южный" как раз мне показывался "через призму искусства". Или, все же, "культуры". Нет. Таки "искусства"… То бишь речь шла о: кто что и где издал, выставил, записал, спел, сыграл, презентовал и т.п..
Издано оказалось чудовищно много: от тоненьких тетрадного формата и вполне тетрадного же качества сборников стихов, прозы, баек, воспоминаний, краеведческих иль теософско-религиозных изысканий до Бог весть чего еще, что и определить то не определишь сходу.
Впрочем, все это более походило на соревнование по умению находить и разводить спонсоров на это самое спонсорство. И потому весьма солидная часть изданного никоим образом не походит на тетрадный формат и выглядит не просто презентабельно, а более чем солидно. Даже вполне академично, с серьезными предисловиями, каковые подписаны серьезными именами.
Правда, среди всей этой пестроты для себя я выделил немного - и имена оказались знакомые (я буду говорить только о поэзии, потому как, например, если говорить о краеведении - то я глубоко ЗА издание всего в этой сфере вплоть до дневников жителей острова и любых, самых дилетантских, изысканий. Свидетельства современников всегда бесценны. Вне зависимости от их качества. Вопрос только в тираже).
Отдельно - безусловный лидер этой издательской гонки - Евгений Чигрин. Впрочем - теперь это респектабельный московский литератор и далее о нем ни слова.
Если же говорить вне количества изданного - то: Роман Хе, Людмила Баженова, Владимир Лосев. Из трех имен - Лосев практически уже не пишет, и давно. Что, конечно же, не снижает уровень написанного ранее. Баженова на сей момент гораздо более - остепененный психолог, нежели пишущий поэт… И дай ей Бог! Кто еще?
Если говорить не о "сахалинской литературе", то снова приходится сказать - Роман Хе. Его творчество давно и прочно входит в литературный процесс не только и не столько России. Его переводы современной корейской поэзии, древне-корейской поэзии в любом нормальном государстве были бы не просто востребованы - они стали бы сенсацией. Но только не сейчас и не здесь. Кроме того - есть еще поэтическая живопись (его картины порой производят просто шоковое впечатление на профессиональных потребителей живописи), эссеистика, проза, есть песни как на свои стихи, так и на чужие, в том числе и - на переводы. Есть у него стихи и песни на корейском языке. Вот только оно все практически не востребовано на острове, а выбраться со всем этим на материк - оно и не на что, да и для самого поэта гораздо важнее было бы все реализовать на родном острове.
Вот только острову это, похоже, не надо.
А разовые и редкие выезды "на материк" - ну да, были более чем успешные концерты и авторские вечера Романа Хе в Москве, Самаре, Питере, Владивостоке, Арсеньеве, Сеуле... География могла бы расширяться и расширяться. Но все это - вне острова. И острову - не нужно.
Слава Богу, что нынче не только стихи и песни Романа Хе, а и сам он - в Южном. От Томари, где прожита огромная часть его жизни - мало что осталось. И литературой там не прожить в принципе.
А если говорить о "сахалинской литературе", то, безусловно, как некая константа "сахалинской литературы" - неизменный Николай Тарасов. Только сборник его стихов непривычно форматен и толст. Что не мешает на каждой странице встречать давно знакомые стихи и поражаться, сколь на слуху они до сих пор.
Пожалуй, еще несколько имен назвать можно было бы, но и они знакомы по "тому" Южному. Правда, среди неиздаваемого, скажем так: андеграундного, - есть имена как знакомые (и лидер в этой сфере, безусловно, все тот же Александр Медников, издавший на волне перемен в предпостсоветское время всего одну тоненькую книжицу, но компьютер которого полон и старых, и новых текстов), так и вовсе новые имена. Называть которые пока рано - вдруг это помешает их признанию и изданию?
Но само их появление весьма радует. Поколение "дворников и сторожей" реинкарнировалось: на улицах города можно видеть молодых дворников с одухотворенными лицами. Вступать с ними в беседы о поэзии, джазе, кино… Правда, со сторожами - оно сложней нынче, все больше требуются охранники, и некуда податься профессиональным сторожам-интеллектуалам.
Традиции авторской песни в Южном вполне в порядке. Но, конечно, мне сложно не сопоставлять нынешних с блестящей плеядой первого состава КСП (клуба самодеятельной песни) Сахалина. Но, с другой стороны - нет у нынешнего Южного ежегодной подпитки в виде приезжающих "молодых специалистов", которые и составляли большую часть как поющих, так и слушающих в те времена. Вряд ли нынешние молодые само это словосочетание знают - "молодой специалист". Зато как записать CD - они знают отлично. И с записями нынче особых проблем нет.
Впрочем, из первого состава КСП не все еще остров покинули. И их дети уже вполне всерьез держат в руках гитары. Лишь немного подождать надо, наверное.
Не рискну тревожить сферы художественные, театральные и уж тем паче - академические музыкальные, но в любом случае порадовало, что есть теперь в Южном "дни высокой музыки". Есть и взлет музыкантов от талантливой, но в глуши живущей, учительницы скрипки до ведущей солистки академического коллектива. И это, пожалуй, единственная всерьез поддерживаемая местной властью сфера - классическая музыка, и потому в ней и возможны такие взлеты и карьеры.
Есть и театры - даже когда-то знаковый для "того" Южного "Народный театр" возрождается, не говоря уж о профессиональных, но - времени было слишком мало, да и как бы там ни было - в театрах, хорошо ли, гениально ли… Дело даже не в этом. Живое искусство живо, и хвала Богу, бюджету и спонсорам, что оно есть до сих пор на Острове.
С художниками - сложней. Художники - они то уезжают, то приезжают. То вовсе за бугор все свое искусство продают.
А, скажем, Алексей Кузнецов, уже более тридцати лет каждое лето неизменно бродящий по Курилам, Монерону, Сахалину со своим мольбертом - не замечаем. Конечно, не то чтобы совсем не замечаем - есть у него за эти тридцать лет и персональные выставки, и участие в коллективных. Вот только в любой "провинции" или на любой "окраине" цивилизованного государства такая фигура давно бы использовалась как "символ нашей губернии" или, как минимум - Невельска. Его картины высоко оценены более чем компетентными в живописи заезжими ценителями из Питера, Москвы. Есть почитатели его таланта и на соседних островах.
Но нашим чиновникам от "культуры" так до сих пор и непонятно, куда же его отнести: к "искусству" или к "культуре". На всякий случай, видимо, проще не замечать само его существование.
Что ему самому, пожалуй, вовсе не мешает, разве что все сложнее с каждым годом добираться до Курил или до видного из его окна Монерона. И ходить по ним - зарастают тропы на островах, некому их протаптывать. Некому.
Но об этом - позже.
3.
Пока же мне показывают еще один Южный - студенческо-вузовско-научный. Вот в нем мне уже не сориентироваться, наверное, никогда. Обилие названий, вместо скромного ЮСГПИ - то бишь государственного педагогического института - Университет. Да и не один он теперь в Южном - УНИВЕРСИТЕТ.
Много разных и громких, и не очень громких, названий новых появилось.
Вот только грустно вспоминать уровень, как минимум, филфака того исчезнувшего Южного. Иных уж нет, а те далече. Нет почти никого. Разве что Лариса Владимировна Дорофеева - в наше время - любимая ученица великого советского шекспироведа Аникста - она, слава Богу, в Южном.
А тот уровень преподавания, глубина подходов, которые задавали студентам Владимир Васильевич Ошис, владевший как минимум пятнадцатью языками, входивший в редколлегию журнала "Иностранная литература", Ольга Федоровна Силютина, до переезда на Сахалин работавшая зам.декана филфака МГУ (для ее студентов имена Лакшина, Даль-Орлова и многие другие становились милыми и домашними - это был ее круг общения)… Ошис, дабы не было самому скучно, вечерами вел так называемый "факультатив по литературе эпохи Возрождения". На котором в его блестящих лекциях мировая культура была неотделима ни от философии, ни от религии… Ведь не зря же он в те годы работал над переводом, ныне признанным каноническим, фундаментальной работы Хейзинги "Homo Ludens", то бишь - "Человек играющий".
Ряд имен можно продолжить. И не только филфаком оно ограничено. На многих факультетах преподавали москвичи и не только москвичи, вынужденные по тем или иным (годы-то застойные) причинам покинуть свои столичные МАИ, МЭИ, МГУ, ЛГУ и прочие престижные вузы.
И в НИИ, которых и в те годы в Южном было немало, блистали имена, ныне уже упоминаемые в различных мемуарах, как "столпы советской науки". Надеюсь, таких имен немало и сейчас.
Главное же - не было никакой провинциальности - беды большинства нестоличных вузов и НИИ. Впрочем, быть НЕ провинциалами тогдашним кандидатам и докторам наук в немалой степени позволяла их зарплата - на которую вполне можно было хоть каждый месяц летать в Москву, ничуть не ущемляя свой семейный бюджет.
Впрочем, провинциальности нет и сейчас. Ну никак не сопоставить Южный с Торжком, Арзамасом или даже Тверью какой-нибудь.
4.
Пожалуй, именно это отсутствие провинциальности и объединяет нынешний Южный (далеко не все облики которого я описал) и тогдашний.
Только тогда это была окраина империи - место ссылки, добровольной ли, вынужденной ли, но ссылки.
Место старта карьер и их заката.
Место, где можно было отсидеться, если в столицах у тебя возникали неприятности.
Благо - льготы сахалинские позволяли бронировать жилье на материке, накапливать отпуска. И достаточно стандартным тогда было приехать на три года "по договору" - и осесть на десяток-другой лет.
Теперь же это - колонизированная территория. Где колонизаторы и представительства и представители метрополии - процветают. А аборигенам перепадают крохи с барского стола.
Колониальная окраина - это вам не окраина великой империи.
В имперские времена Остров не замыкался на Южный - совершенно самостоятельно и вполне процветая жили портовые города - Невельск, Холмск, Корсаков.
Отдельным государством был север - Оха и Ноглики, ныне не существующий Нефтегорск.
Александровск-Сахалинский все еще помнил свой статус областной столицы и упорно отстаивал столичный уровень, коль уж статус потерян был.
Достаточно бурной жизнью жили шахтерские города и поселки.
На Курилах была совершенно особая жизнь - от потоков "верботы" в период путины до до сих пор толком нерассекреченных военных баз на якобы незаселенных островах.
Но это - уже совершенно другой разговор. Пока же речь шла только о Южном.
В котором больно меня резанули рассуждения нынешних тридцатилетних моих земляков о голодовке пореченских женщин. С милой самоуверенностью они говорили о том, что "ни один нормальный человек в такой дыре, как Поречье - жить не будет, и коль застряли эти люди там - то туда им и дорога, пусть вымирают до конца".
Мол - "все нормальные люди давно перебрались в Южный".
Что поставило меня в тупик - ведь правы они по-своему.
То, что увидел я, когда мы ездили в Невельск - не просто ужаснуло.
Оно и привело к этой навязчивой фразе:
НА ЭТОМ ОСТРОВЕ КОГДА-ТО ЖИЛИ ЛЮДИ.
Виктор Воронов,
Сахалин - Самара.

2002

2003

2004

2005

2006

2007

2008

2009